ФОТО ИЗ АЛЬБОМА
поэма
(Посвящается Екатерине Фёдоровне Цепковой
(1926-1947г.г.))
I
Смотрит с фотографии красавица девчонка:
Светлый взгляд с прищуром,
волною вьётся чёлка,
Серебрятся пуговицы, бел подворотник.
Глаз лучистый отсвет в душу мне проник.
Это фото бабушка особо выделяла,
Когда альбом фамильный бережно листала.
— Вот она, Катюша, всё-то ей любуюсь.
Какая была умница! Помню, как живую…
Из прошлого далёкого звучат воспоминанья.
Рассказывает бабушка о молодости дальней.
Катя – дочка деверя Фёдора. Бывало
Вместе с братом мужа в гости приезжала.
Платьице в горошек, ленточки и банты,
Игры-догонялки, качели, фишки-фанты.
За стол — с аппетитом мальчишки
и девчонки –
Любили клёцки с салом
и кисель с толчонкой…
II
Детство пролетело, зазвенела юность
Звонкими капелями, ливнями июня.
Сколько нам надежд вселяет
молодость шальная,
Ярким лучиком сияет, в будущее манит.
Только вот не суждено ей,
юности, быть светлой:
Рёв фашистских самолётов –
ворон на рассвете.
И отважная девчонка приняла присягу –
Бить врага! Сменить удобства
на сапоги и флягу.
Инструктаж, легко ученье –
не будет трудно и в бою!
И война – лишь приключенье
на кудрявую твою…
III
Что ещё страшнее и серьёзней, право,
Было, чем сраженья за Ивангород и Нарву?
В том сорок четвёртом
группы армий «Север»
Держали оборону, зубами впившись в берег
Реки. Ведь город Нарву враги своим считали
И ни на шаг без боя назад не отступали.
И земля дрожала от грохота снарядов,
И небо отражало пламя того ада.
Крики, громы, стоны, свист, вой дни и ночи…
Смерти лик суровый не раз глядел ей в очи.
IV
А в затишье снился Ленинград цветущий,
И черёмух пышные гроздья на заре,
И соборов луковки, благовест, поющий
О любви, о счастье, о родном жилье.
Лица все родные, только без улыбок,
Дымкою печали подёрнуты глаза.
Тяготы разлуки не заглушить, не выбить.
Горем переполнена военная стезя.
V
Кем была ты, Катя, в годы роковые?
С кем тебя дороги военные свели?
Где друзья–подруги, что с тобой делили
Хлеб, солёный потом, с запахом земли
И со вкусом крови, каши ложку наспех,
В мокрую подушку слёзы и мечты
О победе стойких рыцарей бесстрашных
И о том мальчишке?.. И напишешь ты
На военном фото сестре любимой Шуре,
Мол, не грусти, родная, вспомни обо мне,
Помни всё хорошее. Да оно и будет…
Надпись: «Нарва. Август…».
Как в тяжёлом сне
Видятся окопы, яростные лица,
И сражённых насмерть застывшие глаза…
Этим дням не смолкнуть и не раствориться
В памяти живущих. Их забыть нельзя!
VI
Ты вернулась с фронта,
только не с победой –
С ранами, с осколками,
с контузией — в санчасть…
Бабушка сказала:
— Всё-то ей изведать
Пришлось, нашей красавице…
— неспешно помолясь.
— А потом-то, бабушка, расскажи, что стало
С Катей-Катериной в году сорок седьмом?
Ведь пришла Победа.
– Да, но это мало
Для таких, как Катя, спалённая огнём.
Не пришлось ей видеть солнце на рассвете,
Не пришлось ей встретиться
с любимою сестрой…
Жизнь её прервали раны злые эти.
В коме жизнь угасла…
Но шагнула в строй
И в своё бессмертие карточкой в альбоме
Милая девчонка, жертва грозных лет,
Счастья не вкусивши, на крутом изломе
Бытия и смерти. Таким забвенья нет!
